Sigma's squad — monitoring Discord server, statistics and rating

Дамы и господа, позвольте мне воздержаться от излишних сантиментов: на похоронах Ивана слёзы были столь же редки, как здравые мысли при его жизни. Он был монополистом — но столь же ловким в экономике, как бегемот на трапеции. Лидером он считался — но исключительно по числу килограммов, а не идей. Его бизнес процветал ровно до тех пор, пока конкуренты предпочитали спать, а чиновники — есть за его счёт.

Но жизнь полна комедийных антрактов. Через несколько месяцев публика снова увидела Ивана — после липосакции. Его уже не называли “Жирный”. Теперь он был просто Иван — худощавый, но столь же пустоголовый. Он вернулся к предпринимательству с тем же энтузиазмом, с каким ребёнок возвращается к разбитой игрушке.

И если вы думаете, что вместе с лишними килограммами он потерял и свои пороки — то вы неисправимый романтик. Иван похудел, но не поумнел.
Таким образом, похороны Жирного Ивана оказались чистейшей иллюзией: похоронили мы только его массу, но никак не его глупость.

Вот торжественное, мрачное и красивое описание похорон Итачи — в духе трагической легенды:

Похороны Итачи Учиха

Над селением тихо висел серый рассвет, будто сама погода решила склонить голову перед тем, кто столько лет нес на себе тяжесть судьбы. На холме, где ветер колышет черные флаги клана Учиха, собрались лишь те немногие, кто знал правду об Итачи — о его выборе, о его жертве, о той тишине, в которой он прожил всю свою короткую, но безмерно тяжелую жизнь.

Гроб, покрытый темной тканью с символом веера, стоял в центре ритуального круга. Черные лепестки, похожие на угольки, медленно сыпались сверху — шиноби из клана Абураме выпустили их в знак уважения. Каждый лепесток, падая, будто напоминал о тех тенях, в которых Итачи жил.

Саске стоял ближе всех. Его взгляд был холодным, но в глубине пробивалась боль, которую он никогда не покажет. Он не сказал ни слова — и не нужно. За него говорил Маулетжан